Может ли Иран заменить Россию на европейском газовом рынке. На этой неделе «Газпром» приостановил поставки на Украину в свете споров по поводу неуплаты и общего противостояния между Москвой и Киевом. Россия предупредила, что из-за сложившейся ситуации возможны перебои газовых поставок в Европу.
А представьте другой, гораздо более радикальный сценарий: ни одна молекула ценного топлива не идёт в Европу через трубопроводы, расположенные на территории Украины, Беларуси, на дне Балтийского моря. Что, если Евросоюз решит отказаться от российского газа в ответ на агрессивную позицию Путина по отношению к Украине, положив тем самым конец 40-летнему сотрудничеству, начавшемуся во время правления Брежнева?

Некоторые полагают это возможным, ведь Иран, стремящийся вернуться на мировую арену, может открыть для Европы свои огромные запасы газа – вторые в мире после российских. И тогда Старый свет вздохнёт с облегчением.
Разумеется, всё это чистой воды фантазии. Несмотря на украинский кризис, Россия по-прежнему исполняет свои обязательства перед Европой. И хотя Москва является союзником Тегерана в такой чувствительной проблеме, как сирийская, она сделает всё, чтобы предотвратить появление иранского газа на европейском рынке и не допустить сокращения доли «Газпрома», на который сейчас приходится около четверти европейского потребления. В свою очередь, Иран не может пренебречь дипломатическим, военным и экономическим сотрудничеством со своей могущественной соседкой, несмотря на историческое противостояние между Российской и Персидской империями.

Однако Европа грозиться ударить Россию в уязвимую точку – экспорт углеводородов. Что касается Ирана, он мечтает вернуться в мировую энергетическую игру, хотя и озвучивает это в очень дипломатичной манере. «Мы не хотим конкурировать с Россией. Но мы знаем, что потребности Европы в газе растут и хотели бы принять участие в их удовлетворении», – недавно заявил иранский министр промышленности Мохаммад Реза Нематзаде, подчеркнув, что Иран может стать «надёжным долгосрочным партнёром» для Европы.

Случайность ли, что он сказал это в интервью немецкой газете Handelsblatt? Ведь 40 процентов своего газа Германия получает из России.