Переселенцы из Донбасса глазами волонтеров. В последнее время в фэйсбуке сильно участились посты о том, что приехавшие из восточных регионов люди ведут себя как-то не так, что они невежливы и всем недовольны, хотя сами всегда были наименее политически-активными гражданами Украины.

То же самое и на радио Вести — Гонопольский вещал о том, что жители восточных областей — предатели, голосовавшие на референдуме за днр и лнр, а теперь чего-то хотят, приезжают в центральную и западную Украину, при этом ведут себя нагло и бесцеремонно.

Как-то всё это очень походило на очередной виток пропаганды, с намерением поссорить украинцев между собой и провести границу: вот есть украинцы, а есть жители восточных областей — настолько разные, что о взаимопонимании и речи быть не может. И так, чтобы при выборе — куда бежать от войны — жители восточных регионов выбирали не Украину.

Кому это надо? Думаю, всем ясно, можно и не называть. Одно государство в мире готово платить хорошие деньги за ненависть украинцев друг к другу, и уничтожать всех и всё, что мешает удовлетворить свои имперские амбиции и болезненную манию величия.

В тему: За что Путин ненавидит Украину

Признаюсь — к людям из Донецка, Луганска и Мариуполя лично я всегда относилась настороженно — потому что именно восточные, густо населённые, города обеспечивали победу на выборах донецкой власти, в том числе, и януковича. Но и меня покоробили безапелляционные заявления в социальных сетях о непохожести «восточных» людей на нас, «центральных» и «западных».

Поэтому, когда нам позвонили из управления соцзащиты населения, и попросили предоставить временное жильё семье из Краматорска (Донецкая область), я сказала мужу — ну, вот, есть возможность самим увидеть, что за люди из «восточных регионов Украины».

Привезли нам не семью, а двух женщин-подруг, так как выехать из Краматорска очень сложно — дочка, возможно, приедет, а муж вряд-ли сможет — мужчин из города не выпускает местная «власть», по сути — бандиты.

Честно скажу, первое впечатление было не из приятных — женщины (Валя и Анна) оказались неприветливыми, особенно Анна — прошла мимо меня, как мимо столба, по-моему, даже не поздоровалась. Поднялись в дом, по пути, когда я пыталась выяснить, как им удобнее будет заходить и где раздеваться, отвечали односложно или просто молчали. В общем, моё радушие накатывалось на каменные лица и молчание.

Чувствуя себя не совсем уютно, повела в приготовленную для них комнату. Валя и Анна молча осмотрели комнату, говорили только с представителями соц службы, меня явно игнорировали.

Я чувствовала себя продавцом товара, пытающейся «втюхать» приезжим по спекулятивной цене. Когда на вопрос социального работника — подходит ли вам помещение? Анна, глядя на меня, произнесла: «Хорошо, мы пока принимаем ваши условия», я подумала, что ослышалась: какие мои условия? Я бесплатно предоставляю жильё людям, нуждающимся в помощи — вот и всё.

Признаюсь, в голове промелькнула мысль: ну, попала!

Соц работники уехали, а мы стали общаться — надо же было всё показать.

Что сказать? Через 30 минут общения передо мной были совершенно другие люди — замечательные — улыбчивые и приветливые, всё хвалили, им всё нравилось. Всё время повторяли, что им жутко неудобно нас стеснять, предлагали помощь — в общем, в прямом смысле оттаяли.

Сказали, что даже не представляли, что здесь такие люди. Думали, что меня заставили предоставить жильё (для них, видимо, это возможно) или заплатили много денег — мысль о том, что это было сделано по собственному желанию им в голову никак прийти не могла.

У них ведётся настоящая информационная война: они знали, что в центральной Украине ненавидят «донецких», что на подъездах к Киеву стоят жуткие бендеровцы — те, что с майдана, с автоматами, чтобы отстреливать приезжающих с Донбасса.

— Ну, я с майдана, — говорю. — Я — главная бендеровка, смотрите...

Когда голова села с женой на следующий день привезли им пол-мешка картошки и сумку всевозможной еды, уже в шоке были они. Они думали, что им нужно скрывать то, что они из донецкой области, оказалось — наоборот. Слова «мы из Краматорска» действовали на людей одинаково — им все хотели помочь.

Вечером Аня мне сказала: «Знаете, если я расскажу своим, как нас тут принимали — мне ведь никто не поверит»

Рассказали, что такое днр: население примерно поровну делится на тех, кто работает и тех, кто не работает. Последние зарабатывают тем, что помогают местным бандитам, при активной поддержке русских наёмников, «казаков» и чеченцев, отмывать «свою» территорию. Пассивность первой половины объясняется обилием отморозков и неверием в то, что можно что-то изменить. Вот и вся днр

Обращаюсь к украинским ксенофобам, русским троллям и провокаторам! Хватит молоть чепуху про «наглых донецких» и «предателей луганчан».

Вам не хватает их манер и української мови? Вы знаете, из какого ада они приехали?

За их настороженностью и неприветливостью скрывается страх — перед воображаемой нами на них реакцией, вбитой им в головы ещё с 2004 года — предвыборными технологиями януковича, и продолжается до сих пор.

Если вы настоящие украинцы — оторвите задницы от дивана и позвоните в управление соц захисту населення или в контактный центр Киева — возьмите к себе людей, кто на сколько может.

Завтра в такой же ситуации можете оказаться и вы. Это вы будете бежать с детьми в неизвестность от устроенной нам Россией войны, и надеяться на то, что кто-то из сограждан вас приютит.

Если мы хотим выстоять и победить — взаимовыручка и поддержка друг друга — будь-то переселенцы из Луганска, Мариуполя или Крыма — просто необходима.

И, кстати, вряд ли глупые посты в социальных сетях нас разделят — мы не настолько тупые.

Гости из Краматорска приехали три дня назад, но уже нашли работу. Я забила запрос в интернет, получили много вакансий, благо, специальность востребована — отделочник и маляр-штукатур. Завтра едут на работу. Уже зондируют варианты постоянного жилья.